Статья 2. Горе, горе тебе, великий город!
А затем, как это у меня не всегда, но бывает, особенно когда свинцовой тяжестью начинают наливаться виски, что то щелкнуло в моей голове, и я увидел этот проклятый богом город, но уже через сумрак.
И этот был не тот город, который я привык видеть.
Как впрочем, и всякий иногородний, приезжий, я этот город невероятных возможностей, всегда видел двояким.
С его фасадной стороны. Как город - власть.
Для меня, олицетворением данного города, города – власти, всегда была Красная площадь, символ нашей государственности.
На ней, на площади, власть, наверное, не только для меня, олицетворялась уносящимися ввысь кремлевскими стенами, с позолоченными государственными гербами на башнях, в ясный, солнечный день, буквально играющих золотом в лучах солнца.
Для меня город-власть, это был едва уловимый шелест развивающегося государственного флага, мерный, торжественный бой курантов. Это были огромные черные машины, с ревом вырывающиеся из недр Кремля, и мгновением, уносящиеся куда-то прочь.
Этот город, город власть, был мне недоступен и не понятен. И, честно говоря, меня он мало интересовал.
Но был и другой город, близкий моему сердцу.
Это был город мечта:
светлый, шумный, многолюдный, белокаменный, открывающий невиданные, во всяком случае, в провинции, перспективы и возможности. Город магнитом притягивающий к себе людей неординарных, романтиков, мечтателей, поэтов, художников, первооткрывателей, бардов..
Помните это восторженное, романтичное, вдохновляющее, задорно-молодое…
… А я, иду, шагаю по Москве!!!
Увы, ничего светлого, романтичного, вдохновляющего на этот раз, я над Москвой -20..7 года, не увидел.
А увидел, я то, что- то над моим любимым городом, висит нечто страшное, злобное, черное, мрачное, давящее, трагическое.
И это было не туча.
Это даже не была набухшая тьмой и влагой грозовая туча, готовой вот- вот разразиться ливнем.
Я увидел нечто иное. Я увидел суть, душу этого города,
Которую КТО-ТО, в один прекрасный день, взял и вывернул из потаенной, зазеркальной стороны наружу, на всеобщее обозрение. Вывернул в день ужасный , кровавый, яростный, уже получивший там в будущим название « День зверя».
Я впервые увидел в открытку темную, мрачную, демоническую суть своего любимого города. Увидел его как дьявольскую цитадель, как город, одно из прозвищ которого «ПРЕСТОЛ САТАНЫ» , увидел и… ужаснулся.
Лучше бы я этого не видел.
Я знал. Нас учили, что по науке, та темная туча что висела над городом должна быть названа : человеческий эгрегор.
Или совокупность психических эмоций, переживаний, вибраций, которые выделяются людьми, живущими над данной территорией и которые соответственно и придают данной территории соответствующий тип (частоту) психика – эмоциональную устойчивость .
Вспомните,
вы приезжаете в какой - то город, и еще не пройдясь по его улицам, а, лишь только вздохнув его воздух на перроне, вы уже чувствуете, что этот город ваш, что вам будет в нем приятно и комфортно.
Или наоборот, не успели вы пройтись и пару метров по улице, впервые видимого вами города, как вы уже чувствуете, быть беде. Ее еще нет, но вы чувствуете, что она уже где - то витает в воздухе.
На языке науки, это значит, что ваш эмоционально - духовный потенциал, не совпадает с общепринятым, и более сильное поле, уже уловило ваши деструктивные эманации и начало готовить адекватный вам ответ.
В чем он реализуется, это не важно!
Возможно, вам абсолютно не за что набьют морду хулиганы, вас обкрадут, вас до безобразия накачают спиртным, а затем сдадут в милицию. Какая разница. Форма не принципиальна.
Важно, что после этого воздействия, вы сами себе скажите:
-Ноги моей, в этом городе не будет.
Но одно, это все знать из теории, а совсем другое это все видеть своими глазами.
Я видел, как над моим любимым городом, повисло огромное, мрачное, черное облако вспревшее на эманаций (выделении) таких человеческих чувств:
как, человеческая злоба, ненависть, беззрасудство, садизм, похоть, стяжательство, ложь, клевета, мздоимство, человеческая глупость, животная жажда крови, жажда разрушения, вандализма..
В общем, чего скрывать, именно в этой тучи был собран весь тот букет низменных человеческих страстей , именно которые и превращают нашу человеческую жизнь в этом мире в настоящий АД.
И судя по всему, эта ТЬМА не собиралась рассасываться.
Инстинктивно, сталкерски, я краем глаза заметил магическую зарницу, промелькнувшую где-то там, в хаосе домов.
Это была зеленоватая вспышка, такая яркая, словно горящая металлом искра отлетела от огня электросварщика.
Увы, как я уже познал на своей шкуре , к божественной зарнице, предзнаменующей ночной или утренний дождь, туман, или обильную россу на полях, эта вспыхнувшая в темноте искорка ни какого отношения не имела.
Я был не новичок в Армагеддоне, и уже знал, что эти магические зарницы, пусть уже не так часто вспыхивающие, как раньше, но все еще полыхающие там, в руинах пустого, брошенного города, увы, это правдивые индикаторы того, что в данный момент, в его темном, мрачном чреве убивают очередного Иного.
И я не скажу, что меня это сильно удивило!
Если люди столько раз наступали на одни и те же грабли, со своими бесконечными войнами, завоеваниями, разрушениями, не делая из них никаких выводов, почему мы, Иные(ангелы и демоны )- учителя человечества, в этом отношении должны оказаться умней людей.
Солнце зашло!
Сумрак, окончательно упал на мертвый город, сделав его еще мрачнее, еще пустыннее.
И тут…
И тут вдруг пробившаяся в разрывах облаков полная Луна, завершила работу над величественной картиной Вечности, «Победа Смерти над Жизнью», внеся в нее тонкие, но столь необходимые, заключительные мазки, окончательно завершившие картину Человеческого Апокалипсиса.
Трагичный лунный свет добавил в кладбищенскую темноту руин, оттенки желтоватой болезненности, трагичности, одиночества.
Хотя появившаяся Луна слегка и подсветила бесконечные, и в то же время абсолютно мертвые, безжизненные бетонные джунгли брошенного города, но она не высветила их, а своим безжизненным светом вообще превратила в какой-то лунно-земной ландшафт.
Это была страшная картина!
Страшная, но завораживающая величием своего гигантизма разрушения, абсолютной, давящей тишиной, своей невозможностью, футуристичностью, абсурдностью, лунностью.
Я чувствовал, как несколько раз за моей спиной появлялись, те, кто должен был отправить меня в обратный путь, и, судя по всему, они готовы были это сделать.
Но, взглянув на мое лицо, они чертыхались и уходили обратно, оставляя меня одного, с Вечностью.
Согласитесь, не каждый день сможешь, не в музее, на картине знаменитого художника, под тихий шорох шаркающих по паркету тапочек и тихи всхрап задремавшей на боевом посту бабули- контролерши, увидеть величественную картину под названием «Последний день Помпеи».
Хотя в данном случае, все, что я увидел, было бы правильней назвать
« То, что осталось от Помпеи, или… КОГДА УТИХ ВИЗУВИЙ».
Вот тогда, под акомпанимент, все же начавшего бить струями дождя, мокрые слезы которого которые, ударившись о стекло, под нежный всхлип, тут же превращались в россыпь водяных струй.
Под волчье завывание ветреного шквала, с воем врывающегося в разбитое стекло, в моей душе и прозвучал этот крик..
-Да это же лабиринт. Лабиринт Минотавра!
Где чуть ли не за каждым углом, тебя поджидает твой персональный минотавр, причем иногда даже не в человеческом обличье!
И тоска сжала мое сердце.
Потому что уже тогда я знал, что войти в этот лабиринт мог каждый! Выйти из него, увы, дано лишь избранным, да и то, судя по всему вперед ногами.
Эх, где же ты моя Ариадна, где твоя знаменитая нить? Как, как выбраться отсюда…
